После того как моя работоспособность восстановилась и разум обрел прежнюю ясность, я начал размышлять о сдоем состоянии. Я читал все, что мог найти о Кундалини и Йоге, но нигде не обнаружил описания подобного феномена. Проходящие сквозь тела потоки тепла и холода, странные звуки, сияние, появляющееся перед внутренним взором, приступы ужаса — асе это упоминалось в литературе, но при этом я не замечал за собой ни малейших способностей к ясновидению или общению с развоплощенными духами, ни каких либо иных оккультных способностей, которые с давнейших времен считались неотъемлемым признаком пробужденной Кундалини.
Нередко во тьме и безмолвии ночи, лежа на кровати в своей комнате, я со страхом вглядывался в жутко искаженные лица и обезображенные, искривленные фигуры, то появляющиеся рядом со мной, то исчезающие в причудливом неземном свечении. Все это заставляло меня дрожать от страха и мучиться от невозможности найти объяснение. По временам (хотя подобное происходило редко) сквозь светящийся туман я начинал различать сияющую сферу и в ней едва заметные лицо и фигуру. Это видение наполняло мою душу радостью и божественным покоем, разливающимися по всем фибрам моего существа. Как ни странно, воспоминание о моем первом видении, вызванном внезапным пробуждением Кундалини, с особой яркостью приходило ко мне в такие моменты, словно судьба стремилась открыть мне то особое состояние, к которому она меня неутолимо влекла.
Тогда я не знал, открывалось ли в такие минуты передо мной новое пространство или это были фантастические картины, порожденные болезненным воображением. Я не знал, почему я ощущал и осознавал свечение, словно моя собственная психика подверглась метаморфозе и превратилась в лучезарную субстанцию, преображающую все окружающее по своему подобию.
Я продолжал ходить на службу и заниматься домашними делами, с каждым днем набираясь сил. Прошло еще несколько недель, и я вновь обрел способность сосредоточенно работать на протяжении нескольких часов, не чувствуя тревожных симптомов. Но никаких значительных перемен не произошло ни с моими способностями, ни в моем внешнем виде — в целом, я был все тем же человеком, что и прежде. По мере того как моя выносливость возрастала, а приступы страха становились все более редкими, я начал смиряться со своим не вполне нормальным состоянием. Сейчас я, как никогда, четко ощущал потоки жизненной энергии в области позвоночника и спинного мозга.
Со временем прохождение энергии через сеть нервных волокон стало менее ощутимым, и часто я вообще не замечал его. Я мог погрузиться с головой в работу на несколько часов. Сравнивая свое нынешнее состояние с тем, что я пережил на первых этапах после пробуждения Кундалини, я пришел к выводу, что чудом избежал безумия и обязан этим исходом отнюдь не себе, а доброй воле самой пробудившейся энергии. Первоначально, в предкризисный период, по определенным причинам поток жизненной энергии вел себя непредсказуемо и хаотично, словно бурная, вышедшая из берегов река, сносящая на своем пути все преграды, прокладывала себе новое русло. Лишь много лет спустя я стал догадываться, что происходило тогда со мной на самом деле. Я осознал, какая чудесная сила, скрытая в человеческом теле, ждет подходящего момента для пробуждения, чтобы при благоприятных обстоятельствах начать прокладывать свой путь через его плоть, нервную систему и мозг, наделяя счастливца невероятными психическими и духовными возможностями.
Шесть летних месяцев, которые я провел в Кашмире, прошли без каких-либо примечательных событий или заметных перемен в моем состоянии. Казалось, моего болезненного состояния никто не заметил. Однако скоро по городу прошел слух, что моя болезнь была вызвана занятиями Йогой и непосредственно связана с Кундалини. Любопытствующие заглядывали ко мне под тем или иным предлогом, пытаясь выудить побольше информации и втайне надеясь, что я стану демонстрировать чудеса как доказательство того, что рубеж, отделяющий обычного человека от богоподобного существа, мной преодолен. Для большинства из них сам факт пробуждения змеиной силы означал неизбежное погружение в мир сверхъестественного. Я не осуждал их. Большинство людей считают, что от общечеловеческого до космического сознания всего один шаг и шаг этот можно сделать сразу же, заручившись поддержкой опытного наставника или проделав ряд упражнений — словно переступаешь через порог, отделяющий маленькую комнату от большой.
Эту ложную идею всячески подогревают в умах доверчивых людей недобросовестные «наставники» и «учителя» Йоги, претендующие на глубокие познания в этом предмете и обещающие своим ученикам быстрые успехи. Похоже, они сами не сознают того, что Йога как прогрессивная наука перестала существовать уже несколько столетий назад и, кроме нескольких бессмысленно заученных цитат из трудов мастеров древности, они знают о ней ровным счетом столько же, сколько и те, кого они собираются обучать. В древности адепты трезво оценивали всю серьезность и трудность задачи и делали все необходимое, чтобы подготовить себя к любым невзгодам, ожидающим их на пути.
Чувствуя, что это праздные вопросы, я пропускал их мимо ушей. Не сумев удовлетворить своего любопытства и не заметив каких-либо существенных перемен во мне, посетители утратили интерес к истории о моем духовном приключении и стали расценивать ее как миф. Некоторые даже начали потешаться надо мной, заявляя, что я спутал психическое расстройство с божественным откровением.
К концу лета я почти полностью восстановил силы. Если не считать движения светящихся потоков и сияния в моей голове, я чувствовал себя практически так же, как и до этих знаменательных событий. Однако к вечеру движение потоков становилось более ощутимым и появлялось неприятное чувство в голове. В такие часы я испытывал определенные затруднения при попытке сосредоточиться на любой работе и отдавал предпочтение прогулкам на открытом воздухе. Иногда в подобных случаях я ощущал давление в области сердца и особенно печени — словно усиленный поток лучистой энергии направлялся к этим органам, повышая их активность. Больше никаких намеков на необычайные перемены в своем организме я не замечал. Я хорошо ел, отлично спал и, чтобы избавиться от последствий вынужденного бездействия, длившегося несколько месяцев, начал регулярно делать упражнения, знакомые мне еще с детства. После многих часов, проведенных в офисе, я не чувствовал никакого желания почитать книгу, как это было прежде. Восприняв это как команду не нагружать свой мозг, я сразу же по возвращении со службы уединялся в своей комнате и предавался отдыху.
В конце октября 1939 г. я сделал все необходимые приготовления для переезда в Джамму вместе с офисом. Я чувствовал такую уверенность в собственных силах, что оставил в Кашмире свою жену — единственного неизменного товарища и спутника во всех жизненных невзгодах. И все же это был большой риск — в то время я не осознавал, что безудержная сила, высвободившаяся в моем теле, не потеряла активности, и хотя я не понимал этого, напряжение, в котором находились мои жизненно важные органы, было таким же значительным, как и прежде. Я никогда не забывал о том, что мое состояние продолжало оставаться измененным — свечение в голове постоянно напоминало об этом. Но поскольку в течение длительного времени драматических перемен не происходило, я стал привыкать к этому состоянию, воспринимая его как нечто совершенно обычное.
Глава девятая
Учитывая то огромное значение процесса регенерации и трансформации, который происходил в моем организме, особенно во время сна, и привел к развитию особых психических способностей, проявившихся в возрасте сорока шести лет, — способностей, которыми я никогда прежде не обладал, — необходимо более детально рассмотреть самую важную фазу моего необычного опыта. Не только в древних трактатах по Йоге, но и в других индийских духовных текстах часто упоминается о чудодейственной силе Шакти, или женской космической энергии, способной трансформировать ее адепта. Знаменитая Мантра Гайатри, которую обязательно должен произносить каждый брамин после утреннего омовения, является не чем иным, как обращением к Кундалини с просьбой даровать выход за пределы обыденного. Священный шнур индусов, состоящая из трех или шести отдельных нитей, связанных узлом, является символом трех известных энергий — Иды, Пингалы и Сушумны, проходящих через центр и по обеим сторонам спинного мозга. Прядь волос, украшающая темя многих мужчин, указывает местонахождение бездействующего центра сознания, раскрывающегося, подобно цветущему лотосу, когда его орошает поток амброзии, поднимающийся по Сушумне и становящийся центром сверхчувственного восприятия, шестым чувством или третьим глазом счастливца, одаренного милостью Кундалини.
Недвусмысленные упоминания о творческом и трансформирующем потенциале богини, звучащие в многочисленных гимнах, сочиненных знаменитыми мудрецами и великими духовными учителями в ее честь, нельзя приписывать одной лишь поэтической фантазии, лишенной всякого обоснования. Принимая также во внимание тот факт, что результаты, достигнутые мастерами, становились предметом экспериментирования их учеников, проверяющих таким образом их достоверность, эти заявления нельзя расценивать ни как пустые метафоры, ни как откровенное преувеличение заурядных достижений. В любом случае именно благодаря приятию этой универсальной истины, содержащейся в представлениях древних индийцев о мире и лежащей в основе систем Йоги и ведической религии, она стала неотделимой частью любого религиозного акта и обряда в индуизме. Таким образом, обычный поклонник Кали, Дурги, Шивы или Вишну, простираясь перед изображениями своего божества, с полными слез глазами и дрожащими от переполняющих душу эмоций губами, просит не только о мирских радостях, но и о способности постигать то, что лежит за иллюзорными оболочками материального мира.
В исторических хрониках более чем трехтысячелетней давности, вошедших в Веды и другие духовные тексты, есть свидетельства, что древнее индоарийское общество знало немало случаев преображения с помощью духовной и йогической практики, проявляющееся в том, что обычные люди становились провидцами, наделенными невероятными способностями в результате контакта с незримой силой, которой они поклонялись и посвящали разнообразные обряды и церемонии. Одна из основных доктрин индуизма и Йоги учит, что при направленном усилии человек способен завершить эволюционный цикл земного существования за одну жизнь и стать преображенным адептом, находящимся на одной волне с бесконечной Реальностью, простирающейся за пределами мира явлений, и навсегда избавиться от цепи смертей и перерождений.
Кроме случаев спонтанного преображения (как внезапного, так и постепенного) мистиков и святых Востока и Запада, подтвержденных многочисленными свидетельствами, однако противоречащих современным научным представлениям, существуют также бесспорные примеры того, как в результате сознательно направленных усилий у людей развивались сверхъестественные психические способности.
Какая тайна кроется за этим феноменом? Какая сила (духовная, физическая или психическая), приведенная в движение автоматически или благодаря волевому усилию, производит некое таинственное действие и приводит к вполне определенной трансформации, отличающей мистиков и провидцев разных эпох и страны?
Не только в Индии, но и почти во всех странах мира верили в молитву, обряды и иные религиозные практики как в средство индицирования особых психических состояний, необходимых для восприятия божественной милости. Однако не следует забывать, что привычка объяснять любые редкие, не доступные интеллектуальному анализу явления вмешательством сверхъестественных сил была всегда свойственна человеческому мышлению и что сейчас (особенно в низших слоях общества) она наблюдается отнюдь не реже, чем в глубокой древности. Она жива в наши дни, хотя научные объяснения большинства некогда непонятных естественных явлений несколько ограничили ее размах.
Однако для зрелого интеллекта использовать представление о божественном промысле, чья безграничная власть над вселенной безоговорочно признается, при истолковании отдельных явлений — непростительная слабость. Если смотреть на мир с этой точки зрения, без божественного соизволения не может упасть с дерева ни один лист, не может пролиться на землю ни одна капля дождя или сдвинуться с места хоть один атом. Противоречие здесь заключено в самой попытке найти рациональное объяснение некоторых проблем и обратиться к сверхъестественным силам при решении различных вопросов.
К сожалению, человечество всегда грешило этим как в вопросах мирских, так и в делах духовных. Следует понимать, что материя и дух — совершенно различные, если не противоположные понятия; соответственно, что является истиной для одного, не будет таковой для другого. Все это может служить основанием лишь для того, чтобы искать различные подходы к решению этих вопросов, но не для того, чтобы отрицать что-то одно, соглашаясь с чем-то другим, тогда как оба принципа берут начало в вечности. Вряд ли стоит объяснять божественным вмешательством силу интеллектуальных талантов одних людей, так же как и более скромное проявление этих талантов у других. То же относится и к наличию особых психических способностей у отдельных индивидов и полное их отсутствие у большинства. Что же касается материальных феноменов, то наблюдаемое здесь разнообразие должно служить стимулом для интеллектуального анализа как выдающихся достижений гениальных личностей, так и поразительных способностей провидцев.
Исходя из этих принципов, исследователь должен определить степень взаимозависимости ума и тела — насколько состояние первого определяет деятельность последнего, и наоборот. Даже мимолетной мысли неразвитого интеллекта достаточно, чтобы осознать, что тело и ум изначально связаны между собой и оказывают друг на друга прямое воздействие от рождения до смерти. Эти связи настолько тесны, что исследователи разделились на два противоположных лагеря, пытаясь решить вопрос, является ли сознание продуктом биохимических реакций, протекающих в организме, или же последние порождены процессом идеации в уме. Никакие блистательные и изощренные доказательства, предъявляемые каждой из сторон, не в состоянии убедить другую в своей правоте. Нам же достаточно сознавать, что тело и ум взаимосвязаны до такой степени, что ни моргание глаза, ни сокращение мышцы, ни пульсирование артерии не может происходить без участия мозга. С другой стороны, ни воспоминание, ни мысль не могут возникнуть в мозгу без соответствующей реакции организма. Стоит ли еще раз говорить о том, какое воздействие на мозг оказывают различные медицинские препараты, яды и наркотики и, с другой стороны, как влияют на организм страхи, страсти и прочие чувства и эмоции? Эту тесную связь можно сравнить с зеркалом и отражающимся в нем объектом. Малейшая перемена, происходящая с объектом, тут же отражается в зеркале, а перемена в отражении указывает на то, что с объектом что-то произошло.
В повседневных делах взаимосвязь между физическим телом и умом признается всеми, не вызывая вопросов, но, как ни странно, когда речь заходит о вопросах духовности, это, казалось бы, неизменное правило почему-то теряет свою силу. Даже наиболее выдающиеся ученые при обсуждении самых невероятных психических феноменов расходятся во мнениях относительно того, почему физическое тело, следуя этому закону, во время совместного путешествия на психический план никак себя на нем не проявляет. Биографии знаменитых святых, мистиков и пророков, упоминая обо всех сотворенных ими чудесах и не поддавая их никакому сомнению, все же свидетельствуют, что сами они становились жертвами старческой немощи и болезней столь же легко, как и обычные люди того времени. Ни один из них не прожил на земле намного дольше, чем средний человек, чтобы продемонстрировать торжество духа над плотью. Безусловно, большинство из них проявляли редкую силу духа, стойкость, героизм и приверженность к истине, но история знает немало других примеров удивительного упорства, преданности и доблести, который демонстрировали обычные люди на политическом поприще, в бою, в науке и даже в преступной деятельности, а также в других сферах человеческой жизни.
В истории любой нации найдется немало примеров того, как сильный дух доминирует над хрупкой плотью. Однако было бы заблуждением считать, что духовность в обычном значении этого слова одна способна изменить биологические законы, регулирующие взаимосвязь между телом и умом. Если даже мимолетная мысль или эмоция оказывает на организм весьма ощутимое действие, могут ли аномальные или особые состояния сознания, ассоциируемые с духовными явлениями (такими как ощущение постороннего присутствия, слышание голосов, созерцание видений), не вызывать соответствующих реакций в теле?
Было замечено, что психические проявления или физические явления, происходящие с мистиками и медиумами, нередко сопровождались потерей сознания, конвульсивными движениями и потерей восприятия окружающего мира. Уже сам этот факт является достаточным доказательством неправоты как тех, кто считает подобные проявления чистым плодом умственной деятельности, не влияющим на физическую сферу, так и тех, кто отрицает само их существование. Однако отчетливо наблюдается тенденция оставлять тело без внимания при исследовании психических проявлений и относиться к ним как к аномальным явлениям, не следующим никаким биологическим законам.
По всей вероятности, существует принципиальное заблуждение, возникшее из-за неверного толкования религиозной доктрины, наделяющее познавательную способность человека автономным статусом, когда речь заходит о сверхчувственной деятельности. Эти заблуждения оказывают сильное влияние даже на очень эрудированных людей, заставляя их наделять человеческий ум неограниченными возможностями и способностями к постижению бесконечной действительности, находящейся вне границ видимой вселенной. Однако, если учесть размеры вселенной, то сама идея Создателя становится столь грандиозной, что постичь ее умом просто невозможно. Даже развитое сознание человека, переживающего экстаз и являющее собой неразрушимую субстанцию, вознесшуюся над интеллектом, не в состоянии постичь истинную природу собственных истоков.
Поэтому из описаний состояний, которые переживали самые выдающиеся мистики во времена их наивысших взлетов, трудно заключить, постигали ли они подлинную действительность или просто до них доходило более интенсивное, чем обычно, излучение Солнца сознания, находящегося все так же на огромном удалении от них, так как приближение к нему грозит мгновенно уничтожить такой хрупкий инструмент, как человеческий организм.
Выражаясь яснее, трансцендентальное состояние, вероятно, является не чем иным, как возможностью мельком увидеть фрагмент мира сверхсознания, озаренного лучами невообразимого солнца, подобно тому, как своим физическим зрением мы воспринимаем лишь малую часть безграничной вселенной, окружающей нас. Поскольку тело является лишь инструментом, а ум — продуктом излучения, профильтрованного сквозь него и оживляющего бесчисленные клетки, подобно живому электрическому току, весь этот аппарат может обладать лишь ограниченной степенью сознания, зависящей от возможностей мозга и эффективности различных органов и составляющих частей.
Из-за крайней ограниченности своей психической сферы обычный человек, никогда не входивший в соприкосновение с сознанием, стоящим на гораздо более высокой ступени, чем его собственное, совершенно не способен представить себе бессмертную невоплощенную сознательную Энергию, обладающую бесконечной мощью, проникающей способностью и подвижностью, приводящей в действие миллиарды живых существ в зримой вселенной, которой он всецело обязан самим своим существованием. Основным камнем преткновения здесь является косность и неподвижность человеческой психики, не дающая возможности каждому индивиду подняться на более высокую ступень сознания.
Нам предстоит дать ответ на вопрос; может ли осуществиться переход из одной сферы сознания в другую и наблюдался ли этот переход в последнее время? Ответом на первую часть вопроса может быть однозначное «да". Любая ветвь каждой из систем Йоги, любая оккультная вера и доктрина эзотерической религии являют собой этот путь. Однако для научного ума кажется абсурдной сама мысль о том, что человеческий ум может получить доступ к сверхчувственным сферам без соответствующих изменений во всем организме. Почти все методы, использовавшиеся с этой целью с незапамятных времен (такие как концентрация, дыхательные упражнения, позы, молитва, пост, аскетизм и т. п.), оказывали воздействие как на органическую структуру, так и на ум. Поэтому вполне резонно предположить, что любая перемена в умственной сфере, вызванная с их помощью, будет сопровождаться изменениями и биохимических процессов в организме.
Древние последователи Йоги, зная о той важной роли, которую играло физическое тело в развитии сверхчувственных каналов восприятия, и в совершенстве владея методами управления его энергией, куда больше интересовались духовной, а не физической стороной науки. Поглощенные теми изменениями, которые наблюдаются в психической сфере, они уделяли мало внимания тому, что происходит с плотью. Общее состояние науки тех дней и тенденции времени также препятствовали проведению каких-либо исследований в этом направлении. Даже приверженцы Кундалини-Йоги, практикующие дисциплину и очищение внутренних органов, не смогли придать физическому телу статус единственного канала, ведущего к трансцендентальному знанию.
Сама природа упражнений наглядно демонстрирует то, что фокусом всей системы являлся живой организм, который следовало привести в соответствующее состояние. Ученики отдавали многие годы своей жизни овладению разнообразными сложными позами, очищению дыхательных путей и желудочно-кишечного тракта, практике дыхания и другим трудным и даже опасным упражнениям. В свете изложенного нетрудно понять, что все это предназначалось не только для того, чтобы научиться регулировать систему и очистить ее, но и для того, чтобы подготовить тело к ожидаемому шоку перегрузки, когда через него начинают протекать бурные потоки высвободившейся энергии, производя в нем драматические изменения. Безусловно, все эти упражнения были направлены на то, чтобы научиться управлять системой органического контроля над телом посредством неких таинственных приемов, непонятных в наши дни в еще большей мере, чем в древности.