— Когда стемнело (после 18.00), наконец, определились: передача будет на улице Зоологической, — продолжил начальник УБОПа. — Человеку с рюкзаком велели поставить машину на проспекте Победы, а самому свернуть и идти по Зоологической. Сначала он подошел к мусорному ящику (мы подумали, что прикажут бросить рюкзак туда), а потом подъехал мотоциклист (мотоцикл без номера), спокойно взял мешок с деньгами и уехал… Гнаться за ним мы не стали, тем более, что при первой же пробке он ушел бы на тротуар и скрылся. Потом было еще несколько звонков: мол, не волнуйтесь, отпустим заложника живым. И, наконец, в час ночи 6 октября бандиты велели близким бизнесмена ехать в определенное место на набережной. В кустах близкие обнаружили избитого бизнесмена, которого тут же отправили в больницу (у него оказались черепно-мозговая травма и множественные кровоподтеки).
Правило № 1 номадов-экспроприаторов
Играть по своему плану и не торговаться с родственниками и, тем более, с конторой. Получение выкупа — венец профессионализма команды. Если его получить по каким-то причинам не суждено, опираясь на собственный план, то по плану правоохранителей они его точно не получат. Поэтому в случае отказа выплатить выкуп разумные похитители закроют ситуацию и выйдут из проекта, но с прицелом на следующий проект.
Правило № 2 номадов-экспроприаторов
Не идти на обмен. Получение выкупа и освобождение заложника-деклараста — это две спецоперации, каждая из которых планируется отдельно, со всей возможной тщательностью и подготовкой запасных и экстренных планов. Между этими операциями должен быть временной промежуток, в течение которого номады получают выкуп, удостоверяются, что им не вручили куклу, фальшивые купюры или Троянского коня с маячком. И лишь удостоверившись, что выкуп настоящий, а от него не тянется «хвост», производится возврат заложника.
Правило № 3 номадов-экспроприаторов
При любом завершении операции она увенчивается громкой пиар-акцией в узких кругах: выкуп произведен с соблюдением инструкции похитителей, потому заложник не пострадал. Но если не заплатите — рука не дрогнет! И так будет с каждым!
Переходим к важнейшей части этого раздела. Речь пойдет о получении выкупа за пленного коррупционера-фашиста. Получение выкупа — процесс сложный. Успешные номады эту часть спецоперации будут самым тщательным образом продумывать и планировать. Начинать следует с отработки самого благоприятного сценария. Его смысл заключается в склонении захваченного деклараста к полномасштабному и честному сотрудничеству. Деклараст, знающий потайные сейфы и хранилища, а также имеющий доступ к счетам своих фирм и личным деньгам в банках, может выдать их добровольно, и номады возьмут свое без каких-либо осложнений. Потому, планируя пленение фашиста и получение выкупа, следует по возможности подготовить вариант приема денег со счета деклараста, с дальнейшим обрубанием их концов где-то в оффшорных юрисдикциях или в криптовалюте, актуальной на тот момент. Безусловно, речь идет о ситуации, когда у номадов имеется такая возможность чисто физическая и профессиональная.
Аналогичная ситуация, когда потребуется склонить деклараста к сотрудничеству, может возникнуть, если родственники откажутся платить выкуп из корыстных побуждений или по наивности доверившись спецслужбам ФУРФ. У номадов останется два пути:
Обнулить фашистского заложника и сделать из этого пиар.
Склонить того к сотрудничеству и заставить проявить выдумку и инициативу ради собственного спасения.
В этой ситуации деклараст способен добровольно выдать массу ценной информации, от схем до заначек и компромата на своих родственников, друзей и подельников, которая может стать реальной компенсацией за его жалкую жизнь. Эти данные следует тщательно проанализировать и решить, как лучше их использовать. Вполне возможно, что выкуп за пленного фашиста получить будет нереально, но гораздо выгоднее вытрясти из деклараста информацию и провести на ее базе новую экспроприацию, чем просто ликвидировать мишень из принципа.
Теперь можем переходить непосредственно к процессу получения выкупа в классической модели противостояния с правоохранителями. То есть, в ситуации, когда существует полная неопределенность насчет того, собираются ли родственники передавать выкуп или они уже связались с полицаями Кагала и готовят экспроприаторам ловушку.
Во избежание капкана разумные номады изначально откажутся от переговоров. Никаких уступок и вхождений в положение. Никаких обменов заложника на выкупные деньги. Никаких требований от родственников, которые будто бы желают удостовериться в том, жив ли их благоверный. Все это трюки карателей, и номады их просто будут игнорировать, отвечая на затяжки времени повышением размера выкупа. Успешная операция строится на психологическом подавлении противоположной стороны и работе исключительно по собственному плану.
Если на этом этапе начнется непреодолимый конфликт с родственниками, то разумные номады будут автоматически переходить к планам Б, В и Г.
План Б предусматривает жесткое психологическое давление на родичей.
План В предусматривает склонение к сотрудничеству самого деклараста.
План Г предусматривает избавление от пленного фашиста и проведение на этом пиар-кампании группы.
Начнем с плана Б. В мафиозных сценариях, если родственники заложника тормозят с уплатой выкупа, похитители присылают тем какую-то «запчасть». Например, палец или ухо. Метод реально работает, однако лишь в том случае, если родственники искренне готовы заплатить, но какие-то объективные или субъективные причины им мешают это сделать. Логика подсказывает, что расчленение заложника по-живому никакой особой пользы не принесет, но нанесет удар по престижу группы и авторитету командира. Дело в том, что такого рода экстрим разлагает психику участников похищения, делает их дальнейшее психологическое состояние лабильным и непредсказуемым. Одно дело — решением суда группы казнить пленного фашиста по закону революционного времени! Другое дело, порезать его живого на куски. Это уже иной коленкор. Безусловно, именно такими методами будут работать многие преступные группировки, состоящие из социопатов и отмороженного криминалитета. Но книга эта написана для разумных гоминидов, которые уже встали или готовятся встать на ПУТЬ, а потому они должны иметь и некий кодекс воинской чести. Ради денег нельзя истязать и расчленять разумное беззащитное существо, хоть даже и враждебное людям.
Ограничив себя таким моральным барьером, номады станут осуществлять психологическое давление на родственников по-иному. На них должно давить современными методами. А современные методы позволяют из принуждения родственников сделать пиар. Вот один из десятков возможных вариантов. Представим, что родственники не платят, прикрываясь фразой «мы с террористами в переговоры не вступаем!». Безутешная будущая вдова, которая уже мысленно тратит денежки деклараста на Мальдивах с любовником, горько стенает перед телекамерами, слезливо умоляя «террористов» сжалиться над ее «любимым супругом». СМИ беснуются, жалея страдающую жену и детей-мажоров, которые будто бы любят папу до самозабвения. Чем перебить эти настроения?
Сделать можно следующее. Еще на этапе подготовки операции в комнату, где содержится заложник, номады устанавливают черный гроб. Вся фото- и видеоинформация для родственников с самого начала будет передаваться с включением его в антураж. Если родственники откажутся платить выкуп или станут затягивать переговоры, то похитителям не придется шинковать деклараста на куски, вызывая еще большую жалость общественности к нему и его родным. Номады развернут контрпропаганду. С этой целью снимут видеоролик, где деклараста помещают в гроб, загружают в яму и прикрывают сверху плитой. Деклараста предварительно закутывают в памперс и оставляют ему достаточное количество воды. Внутрь гроба, к его лицу, проводят подстветку и видеокамеру. И, как говорится, в добрый путь!
Близким заложника придет сообщение, что группе номадов на деклараста наплевать, так как он — вор, серийный социальный убийца и враг народа. Посему судьба его вверяется родственникам, и если те его не вызволят путем внесения выкупа, то и поделом. Революционные номады надежно изолировали его от общества в гробу, и больше подонок вреда народу не причинит. Если же родственники хотят его получить обратно, должны покаяться и заплатить соответствующие отступные во имя народа! Если же родной жене и детям на того толерантно и нет у него ни одного друга или компаньона, готового внести выкуп за его жалкое прозябание на этом свете, то ради чего ему жить? После такого вступления выдвигаются условия:
Каждый день отсрочки — 10 сложных процентов к двум миллионам долларов!
Никаких сроков. Сколько деклараст проживет в гробу — сколько и его. Теперь его жизнь полностью в руках родственников, которые и станут убийцами, если не заплатят.
А чтобы родственники не расслаблялись, камера будет вести беспрерывную запись, а лучшие ее моменты попадут в ежевечерний «Репортаж из гроба», который каждый день будет рассылаться в СМИ и по соцсетям. Здесь все рационально. Деклараст получит возможность прямо «с того света» активно мобилизовать общественное мнение против своих родственников, публично оглашая свои заначки. Родственникам же придется отвечать на вопросы не только журналистов, но и правоохранителей. Логично, что если родные и близкие откажутся платить, то деклараст хотя бы засветит назло свои заначки, и они будут конфискованы полицаями, но не достанутся родственникам-предателям. Страх лишиться наворованного напугает жадных родичей куда сильнее, чем пальцы и уши выпотрошенного заложника. Поэтому правильно сформулированная угроза разоблачения, переданная декларастом из гроба конфиденциально, быстро их отрезвит и принудит платить.
Если же и это никого не проймет, то так тому и быть. Деклараст получит возможность публично покаяться перед встречей с Господом, а группа продемонстрирует свою непреклонность в отстаивании революционных идеалов.
Получение выкупа сопряжено с наивысшим риском провала. Это — главное, что следует помнить, т. к. безопасность сделки стоит на первом месте. Семь раз отмерь — один отрежь! Получение выкупа возможно в двух вариантах:
В электронной форме.
В виде наличности или иных ценностей.
Безусловно, получение выкупа в электронном виде было бы куда более приятным. Вся беда в том, и это понятно, что для такого рода дел потребуется владение «оффшорной инфраструктурой отката» на очень высоком уровне, чтобы спрятать следы транзакций. Закрытой группе из пяти-шести номадов такое вряд ли под силу. Существуют технологические возможности анонимизировать выкуп в криптовалюте или в ценных бумагах. Но, опять же, маловероятно, что в группе кто-то в этом будет разбираться на требуемом уровне.