Но если бы такое взаимопонимание наступило, то никому и в голову не придет называть дельфинов людьми или людей — дельфинами. Здравый смысл этому препятствует. Очевидно, что люди и дельфины — это разные формы разумной жизни. Однако, по большому счету, если бы дельфины жили на поверхности суши, то внушить идею общности, освоив вторую сигнальную систему друг друга, современным пропагандистам, обладающим невообразимыми технологическими возможностями для массовых манипуляций общественным сознанием, не составило бы труда. Возьмите, к примеру, рыжего здоровяка из Сибири и сравните его с бушменом цвета ночи! А потом сравните дельфина-гринда и касатку — две формы разумной жизни. Навскидку, разница между касатками и дельфинами ничуть не большая, чем между рыжим гигантом-славянином и мелким черным африканцем. По-хорошему, никому и в голову не должна была бы прийти мысль, что ариец и готтентот представляют собою одну форму разума. Во всяком случае, они настолько разнятся между собой, что доказывать их общность следовало бы со всей научной тщательностью и методологической безупречностью, а не просто вопить в СМИ: «Расисты! Это нетолерантно!»
Что же нам дает осознание и понимание того факта, что человечество представляет собою не гомогенную массу разумных существ одного вида — ЧЕЛОВЕКОВ, а некую конгломерацию разных форм разумной жизни, обитающих в универсальных телах гоминидов на одной территории? Отвечаю. В этом случае осознать нам придется следующее: не исключено, что разумные существа, которых мы считаем разноцветными людьми, — это разные разумные формы, формирующие собою не так называемое «человечество», а в некотором смысле «разумные джунгли», со своим архетипным законом: «Мы с тобой одной крови — ты и я!»
Планету населяют не люди, а разумные хищники, разумные падальщики, разумные травоядные, разумные членистоногие и т. д. Путаницу же вносит лишь тот факт, что все они имеют анатомически похожие тела, универсальная структура которых обеспечивает, прежде всего, потребности Разума. Но если бы наука, отталкиваясь от столь очевидной гипотезы, занялась изучением анатомических и физиологических различий разных рас в приложении к разным формам разумной жизни, то ученые рано или поздно установили бы, как по внешним признакам различить и идентифицировать тела гоминидов, выявляя тип разумных сущностей, в них обитающих.
Если бы элита человечества за все те деньги, которые она тратит на строительство торговых центров и стадионов, поставила науке задачу глубоко и всесторонне изучить РАЗЛИЧИЯ, существующие между разумными формами на планете, то это позволило бы понять природу каждого отдельного Разума, узнать его миссию и определить, какими должны быть оптимальные правила общежития для всех на общей территории. Только через понимание фундаментальных различий между разумными формами мы могли бы найти способ объединять усилия ради общего улучшения.
Но мировая элита ставит противоположную задачу — оглупить разумных и внушить разным, будто они одинаковые!
Потом, под сурдинку глобализации и единения человечества элита намеренно добивается противоположного результата — всеобщего раздрая между разумными формами, что позволяет легко ими манипулировать и подчинять верховной воле. Осознание реального положения дел, пускай даже в форме гипотезы, дает нам возможность предположить, что же так рьяно скрывает от нас мировая элита. А скрывает она тот факт, что гоминидов одной формы разума (вида) объединяет общая миссия, заложенная в них природой, и они, в рамках этой миссии, способны добровольно объединиться и сплотиться. Но так как на планете в телах гоминидов разных рас обитает множество разумных форм жизни и каждая имеет отдельную миссию, часто антагонистическую остальным, то их добровольно объединить и сплотить невозможно, но зато легко можно стравливать между собой под видом объединения. Тем более, это достигается просто, ибо сами разумные существа разных форм искренне считают себя представителями одного общего вида — ЧЕЛОВЕКАМИ.
Антропологи, расологи и «разумологи», занятые изучением культуры разных рас и общностей гоминидов, должны бы поставить перед собой правильные задачи. Гипотеза о том, что в телах гоминидов могут существовать разные полевые формы разумной жизни, является столь же правомерной, как и утверждение, будто человек — это единственная форма разумной жизни. Пока еще никто не доказал и не опроверг со всей научной достоверностью ни то, ни другое. Именно это и скрывает от нас Кагал!
Множество фактов указывает, что не «люди, разные на вид» населяют Планету, а Планету населяют «разные формы разумной жизни», отличающиеся фундаментально, использующие тела гоминидов в качестве универсальной экзоформы. «Собственно Люди» — это лишь одна из форм разума на планете, да и то, неизвестно, кого следует считать людьми. Именно поиску психических и этических маркеров, отличающих разные формы разума между собой, мы и посвятим следующую главу.
Глава восьмая
Кагалу выгодно внушить, будто все мы — человеки, но разные. Эта навеянная иллюзия массового сознания фундаментально и принципиально искажает картину мира в угоду Кагалу. Если разными являются люди, то их можно подвести под общий знаменатель, но если разными являются формы разумной жизни, то их уже не подвести. Однако, если представители гоминидов не будут это осознавать, искренне считая себя одной разумной формой, то и ментальные модели их будут неадекватными. Внутри человеческого сообщества, сверху донизу, полыхают конфликты, когда одна часть мыслящих пытается силой слова или силой оружия вменить свое видение мира другой их части. Многие из этих конфликтов искусственно спровоцированы. Но многие вспыхнули естественно, в рамках поиска решений каких-то практических локальных проблем. И эти конфликты, в большинстве своем, обречены полыхать вечно, так как их организаторы желают сплотить разные разумные формы жизни вокруг принципиально чуждых им целей и миссий. К примеру, инициатива по приобщению всех животных в джунглях к поеданию падали вместо охоты, так как убивать живых — это нетолерантно. И львы, и волки, и гиены должны, мол, питаться только естественной мертвечиной. Можно даже силой принудить львов и волков поедать падаль, но результатом станет не всеобщая «гуманизация» джунглей, а вырождение хищников, которое в конце концов приведет к разрушению баланса во всем биоценозе и гибели большинства его обитателей от всеобщей бескормицы.
Для того, чтобы в разумных джунглях, которые сегодня называются человечеством, царили сплочение и рациональный порядок, следует не объединять их обитателей, а, наоборот, разъединять разных, строго очерчивая их ареалы. Если осознавать, что социум — это не толпа людей, а сообщество гоминидов, несущих в себе разные полевые формы разумной жизни, то легко понять, почему невозможно добиться всеобщего исполнения даже вполне прагматических универсальных законов. Эти законы написаны под вымышленные потребности лишь одной, да и то, по большей части, «не проясненной» формы разумной жизни, которую мы называем словом ЛЮДИ. Но в социуме существуют и взаимодействуют многие формы жизни, у которых присутствуют разное видение мира и ощущение справедливого порядка. Разумные хищники или разумные падальщики могут лишь приглушить или временно подавить свою внутреннюю природу, опасаясь кары закона, но изменить ее они не в состоянии. Как только репрессивное давление Закона Джунглей будет ослаблено, то разумные хищники снова станут убивать и захватывать добычу, а разумные падальщики — провоцировать конфликты и смуты в обществе, предполагая будущий массовый падеж и свое пиршество на костях.
Понимание того, что существуют разные формы жизни, а не разные проявления одной формы — людей, дает нам возможность несколько по-иному посмотреть на понятие плохого и хорошего, грешного и праведного. В этом случае легко сообразить, что понятия добра и зла приложимы лишь внутри сообщества одной формы жизни, но они будут иными для другой. Как говорится, что для русского хорошо, то для немца — смерть. Нет добрых и злых, плохих и хороших форм разумной жизни. У всех имеется своя особенная миссия, заложенная природой, и они обязаны ее реализовать самим фактом своего существования. Что бы мы ни делали, но разумные хищники должны и будут выходить на охоту, как волки или тигры, захватывать чужое имущество, рвать на куски чей-то бизнес, добивать жертву в судах, на войнах или в криминальных спецоперациях. Разумные же падальщики будут сидеть в социальных службах, приходить к старикам в квартиры и мошенническим способом их оттуда выселять, создавать МММ-пирамиды, проводить непопулярные экономические реформы, вводить дополнительные налоги, закрывать заводы, монетизировать льготы или забирать детей из семей и продавать их на органы. И что бы там кто ни говорил рейдеру или коллектору о морали и стыде, их не проймешь, так как грабить, убивать и жрать мертвечину, для каждого из них — благодать, заложенная природой в их корневую витальную программу. В такой картине мира, если какая-то разумная элита имеет о ней Знание, она легко будут доминировать над всеми остальными и, естественно, над темными толпами разношерстных квазиразумных плебеев, внушая тем ложное видение мира.
Тело гоминида, вероятно, — универсальный носитель разумного структурированного поля. Но физические тела сильно разнятся, и различные полевые формы жизни по-разному ощущают себя в тех или иных физических оболочках. По всем признакам, разные формы разумной жизни, обитающие на планете в телах гоминидов разных рас (и более мелких популяций), способны к скрещиванию между собой. При этом происходит обмен генетическими признаками и рождаются телесные гибриды. Но после зачатия в тело гибрида вселяются чистые полевые формы и случается то, о чем автор рассказывал выше на примере об автомобилях: если из запчастей от «Жигулей» и «Ламборгини» собрать самодел-гибрид «Ламбули», то к нему толком не подойдет ни двигатель от «Ламборгини», ни от «Жигулей». В теле «расосмесительного автомобиля» чистому породистому движку как от «Жигулей», так и от спорткара будет крайне неуютно. Естественно, что такой «расовый автомобильный гибрид» не сможет исполнить ни миссию народного автомобиля, ни роль спортивного элитного атрибута. То же, по всем признакам, происходит и с разумными существами после скрещивания их разных форм (рас). Чистая полевая форма разумной сущности (негра), вселяясь в тело гибрида (упрощенно говоря, черно-белого, межрасового), находит это тело малопригодным для нормального существования и обретения земного опыта, а потому всеми силами во время активного роста тела, в детстве и молодости, старается перестроить организм под свои нужды, чтобы вернуть ему свойства расовой чистоты (сделать негром). Естественно, преодолеть последствия хромосомного обмена не удается, и это выливается в разного рода дегенеративные признаки и внутренние болезни, чем и славятся смешанные расовые тела. Естественно, и земной опыт души в таком теле будет извращенным, болезненным и бесполезным.
Столь же печальными бывают ситуации, когда в слаборазвитом теле (то ли по причине болезни, то ли по причине неудачного подбора партнеров по зачатию) вселяется полевая высокоразвитая и высокоэнергетическая сущность. В этом случае наступает ситуация, когда в корпус «Жигулей» помещают двигатель от «Ламборгини». Тело просто-напросто перегорает и идет вразнос, не в состоянии работать на повышенных оборотах психики и адекватно пропускать через себя мощные энергетические потоки сверхразвитого разумного поля. Поэтому слабое тело быстро изнашивается, стареет и разрушается от непрекращающихся соматических болезней. В этих случаях говорят, что «гений сгорел в собственном творческом огне».
Существует, вероятно, и бесполая форма разумной жизни, вынужденно приспособившая для своих нужд тела гоминидов. По всем признакам, именно бесполый вид разумных существ, во-первых, является одним из главенствующих в земной иерархии, а во-вторых, основным застрельщиком гомосексуального движения в социуме, имеющего конкретную цель — оглупление остальных разумных. Именно эта однополая (бесполая) форма пытается целенаправленно дискредитировать в массовом сознании половую дифференциацию, пропагандируя гомосексуализм и так называемую гендерность — вымышленный «социальный пол».
Если отталкиваться от гипотезы о разных формах разумной жизни, то легко можно объяснить также и многие вполне природные феномены, традиционно относящиеся к миру невидимому и считающиеся сакральными, мистическими или сверхъестественными, такие как ангелы, демоны, одержимость бесами и т. д., на чем паразитируют клерикальные учения, околпачивая в угоду Кагалу глуповатых простаков. Однако многие вполне научные данные указывают на то, что еще в совсем недавнем прошлом давление воздушного столба на планете превышало 6 атмосфер. Именно в таких условиях произрастали первобытные секвойи и могли нормально существовать гигантские ящеры. Даже тело современного человека, в своих нынешних размерах, оптимально было приспособлено под функционирование в условиях давления воздуха в 2 атмосферы. Если же предположить, что гоминиды существовали уже тогда, при шести атмосферах, чему имеется немало подтверждений, то, вероятно, они были намного более высокими и массивными. Речь, к примеру, может идти о ростовых показателях типичного тела гоминида тех времен в 3–4 метра и более. Естественно, что полевая форма, призванная управляться в трехметровом теле великана, должна была иметь куда больший размер и объем пропускаемой через себя витальной энергии. Можно предположить, что какие-то климатические изменения на планете, спровоцировавшие падение атмосферного давления, привели к физической невозможности проживания на ней гоминидов-гигантов. Отсутствие экзоформ (телесных оболочек) лишило целое огромное семейство высокоразумных существ возможности воплощаться в физические тела и совершенствовать себя в земной фазе жизни. Это положение вещей могло стать для них чрезвычайно обременительным, обрекающим на неудобства или даже постоянные страдания, учитывая гипотезу о том, что жизнь в полевой форме длится вечно.
Именно эти формы разумной жизни, имеющие огромные размеры и энергетику витального поля, стали героями оглупительских «священных текстов», где приобрели сказочные черты (ангелов, демонов, джинов, серафимов, нефелимов и т. п.). Вполне вероятно, что это Души иных, более древних форм разумной жизни, внетелесно мыкающих сегодня горе. По всем признакам, именно эти гигантские формы разумной жизни, в процессе эстремального приспособления к окружающей среде, научились временно подключать свою «серебряную нить» к нейронам современных гоминидов, структурировать и модулировать с их помощью свои энергопотоки или обмениваться информацией с их душами. Возможно, такие «подключения» к энергореактору гиганта могут нести в себе позитивный заряд для тела малого гоминида и тогда воспринимаются им словно ангельские прикосновения. Видимо, они также могут перегревать тело и психику современного гоминида из-за некомплиментарности витального поля гиганта или его избыточной мощности. В таком случае сами малые гоминиды воспринимают свое состояние, словно катастрофу, и ведут речь о демонах, темных силах, сатанинских влияниях и т. п. Но на самом деле речь идет всего лишь об иных формах разумной жизни, которые существуют вместе с нами и обязаны исполнять свою собственную миссию в этом мире. Они не могут быть ни плохими, ни хорошими, ни добрыми и ни злыми. Они просто-напросто иные, а наша проблема состоит в том, что наука эту проблему не изучает. Не изучает по той причине, что Кагал объявил Душу — полевую основу жизни — явлением «сакральным», и это естественным образом проблему оглупило и вывело ее из научного оборота.
И тем не менее, существует огромное множество современных разумных гоминидов (людей), способных «видеть» на ментальном, астральном и казуальном уровнях сознания то, что современные оглупители называют потусторонним миром — структурированные полевые формы разных форм разумной жизни, не воплощенные в земных телесных оболочках, серебряные нити, ауру, вещие сны. И не только «видеть» витальные формы на полевом уровне, но и осознанно или непроизвольно обмениваться с ними информацией и энергией.
Глава девятая
Но вернемся, однако, в мир мыслящих форм, проявленных в телах гоминидов, и зададим себе ряд очевидных вопросов:
Чем же разумные формы жизни, воплощенные в человекоподобных телах, отличаются друг от друга?
Когда мы говорим «люди», то кого, собственно, можно к ним отнести?
Какие еще формы разумной жизни, кроме людей, можно было бы выделить безусловно?
Можно ли доступными нам объективными методами обнаружить различия между формами разумной жизни и научиться их идентифицировать?
Как вообще можно использовать эту гипотезу на практике, не имея четкой доказательной базы и никаких ее научных подтверждений?
В чем практическая польза подобной информации, которую можно сегодня почерпнуть лишь за пределами научного оборота?
В первую очередь, важно понимать, что разные формы разумной жизни самостоятельно, по своему полевому лекалу строят свои физические тела из одной оплодотворенной яйцеклетки, потому следует иным взглядом оценить бесценные знания, накопленные расологами (научными расистами в хорошем смысле), которые на протяжении последних полутораста лет фундаментально изучили строение человеческих тел разных рас, используя их чистые линии и формы, добротно сопрягая с психическими, этическими, культурными, экономическими, преступными и военными особенностями каждой из рас. Кроме того научные расисты собирали и обрабатывали крупные массивы информации по межрасовым гибридам, которые тоже являются научно бесценными, если соображать, что в этих информационных массивах нужно искать. Особенно ценный материал для научных исследований могли бы дать истории болезней отродья межрасовых браков, нафаршированных разными многочисленными недугами и дегенерациями.
Безусловно, каждая отдельная форма разумной жизни оптимально проявляет себя в расово чистых телах, созданных изначально для функционирования именно этой формы в те времена, когда на планете еще не наступила эра принудительного массового расосмешения. Потому, беря за основу данные расологов о психике, культуре, экономике и социальном общежитии чистых рас, мы можем представить себе и даже описать в доступных нашему пониманию научных терминах психический мир, культурные предпочтения, моральные нормы и социальный уклад отдельных форм жизни хотя бы в общих чертах.
Еще раз повторяю, что концепция атеистов-экстремистов, будто это белковые молекулы сами эволюционировали до того, что стали комками живой слизи разного цвета кожи, а потом сами же белковые молекулы научились мыслить и построили разные культуры в соответствие с цветом кожи, является нереалистичной. Но если поставить все с головы на ноги, отдавая приоритет полевой матрице жизни, которая сама и обустраивает тело по заложенной в нее программе, то гипотезы расологов сразу же начинают дружить с головой. Полевая форма жизни строит для себя удобный «экзоскелет» или «скафандр» для «экспедиции на землю»! Расовые особенности белкового тела венчают не миллиардлетнюю эволюцию белковых молекул, случайно превратившихся в белковые тела разумных гоминидов разных рас, а являются изначально заданными внешними проявлениями разных форм разумной жизни, предположительно, существующих в форме структурированного витального поля. Потому и культурные, и этические особенности внутреннего мира гоминидов разных рас порождены не их расовыми анатомическими, физиологическими и биохимическими отменностями, а сами расовые отличия проистекают из фундаментальных отменностей разных форм жизни и должны способствовать исполнению их природной миссии.
Отсюда также следует логичный вывод, что не существует плохих и хороших, полноценных и неполноценных рас, а существуют разные формы жизни, исполняющие, в земном воплощении, одинаково важные природные миссии. Просто миссии эти суть отличные друг от дружки. И лишь наши оценочные суждения, в приложении к лекалу собственной миссии, заставляют делить гоминидов на ценных и малоценных, на добрых и злых, на плохих и хороших, на грешных и праведных. Ну и, понятно, что подобной сортировке гоминидов на добрых и злых способствуют всеобщее невежество и целенаправленное оглупление масс со стороны Кагала, который внушает им ложную картинку реальности.